xiǎo小jié杰shí十èr二suì岁，cóng从lái来méi没qù去guò过nǎi奶nai奶de的cūn村zi子。zhè这ge个qiū秋tiān天，mā妈ma妈shuō说yào要dài带tā他huí回lǎo老jiā家guò过“qiū秋fēn分”，hái还shuō说jīn今nián年cūn村lǐ里yào要bàn办dì第yī一cì次“fēng丰shōu收jié节”，bǐ比guò过nián年hái还rè热nao闹。xiǎo小jié杰bù不tài太xiāng相xìn信——yī一piàn片dào稻tián田，néng能yǒu有shén什me么hǎo好wán玩de的？
Xiao Jie was twelve, and he had never been to his grandmother's village. This autumn, his mother said they would go back for the Autumn Equinox, and that the village was holding its first Harvest Festival — livelier, she said, than Chinese New Year. Xiao Jie doubted it. What could be fun about a rice field?
Сяо Цзе было двенадцать лет, и он никогда не бывал в деревне у бабушки. Этой осенью мама сказала, что они поедут туда на День осеннего равноденствия, и что в этом году в деревне впервые пройдёт Праздник урожая — говорят, даже шумнее, чем китайский Новый год. Сяо Цзе не очень-то верил: что интересного может быть в рисовом поле?
dào到liǎo了cūn村zi子，xiǎo小jié杰cái才fā发xiàn现，nǎi奶nai奶jiā家mén门qián前jiù就shì是yī一dà大piàn片dào稻tián田，jīn金huáng黄jīn金huáng黄de的，fēng风yī一chuī吹，dào稻zi子jiù就dī低xià下tóu头，xiàng像zài在jū鞠gōng躬。nǎi奶nai奶shuō说：“zài再guò过liǎng两tiān天jiù就shì是qiū秋fēn分le了，fēng丰shōu收jié节nà那tiān天，quán全cūn村rén人dōu都yào要bǎ把xīn新gē割de的mǐ米ná拿dào到jí集shì市shàng上qù去mài卖。jīn今nián年de的tiān天qì气tè特bié别hǎo好，dà大jiā家dōu都pàn盼zhe着zhè这yī一tiān天ne呢。”
Only when he arrived did Xiao Jie see it: right in front of Grandma's house lay a huge rice field, golden all over. When the wind blew, the rice stalks bowed their heads, as if bowing to greet him. "In two more days it'll be the Autumn Equinox," Grandma said. "On Harvest Festival day, the whole village takes the newly cut rice to sell at the market. The weather's been wonderful this year — everyone's looking forward to it."
Только приехав, Сяо Цзе увидел: прямо перед бабушкиным домом раскинулось огромное рисовое поле, всё золотое. Когда дул ветер, колосья риса склоняли головы, будто кланялись. «Через два дня наступит День осеннего равноденствия, — сказала бабушка. — В день Праздника урожая вся деревня несёт свежесрезанный рис на продажу, на рынок. В этом году погода прекрасная, все ждут этого дня».
kě可shì是dì第èr二tiān天zǎo早shang上，tiān天hū忽rán然biàn变le了。wū乌yún云yuè越lái来yuè越dī低，shōu收yīn音jī机lǐ里shuō说，hòu后tiān天huì会xià下dà大yǔ雨，ér而qiě且yǔ雨huì会xià下hǎo好jǐ几tiān天。nǎi奶nai奶zhòu皱zhe着méi眉tóu头shuō说：“rú如guǒ果dào稻zi子bèi被yǔ雨lín淋shī湿，jiù就mài卖bù不chū出hǎo好jià价qian钱le了。dé得gǎn赶zài在xià下yǔ雨qián前，bǎ把zhè这piàn片tián田dōu都gē割wán完。”xiǎo小jié杰kàn看zhe着nà那me么dà大yī一piàn片dào稻tián田，xīn心li里yǒu有diǎn点hài害pà怕：zhè这me么duō多，liǎng两tiān天zěn怎me么gē割dé得wán完？
But the next morning, the sky suddenly changed. Dark clouds sank lower and lower, and the radio said heavy rain would come in two days and last for several. Grandma frowned. "If the rice gets soaked by the rain, we won't get a good price for it. We have to finish cutting this whole field before the rain comes." Looking at the enormous field, Xiao Jie felt a little afraid — so much rice, how could they cut it all in two days?
Но на следующее утро небо вдруг переменилось. Тучи опускались всё ниже, а по радио сказали, что через два дня начнётся сильный дождь и продлится несколько дней. Бабушка нахмурилась: «Если рис намокнет под дождём, хорошую цену за него не получить. Надо успеть убрать всё поле до дождя». Сяо Цзе посмотрел на огромное поле, и ему стало немного страшно: как же скосить столько риса всего за два дня?
nǎi奶nai奶cóng从wū屋lǐ里ná拿chū出yī一bǎ把lián镰dāo刀，jiào教xiǎo小jié杰zěn怎me么gē割dào稻zi子：zuǒ左shǒu手zhuā抓zhù住dào稻gǎn秆，yòu右shǒu手yòng用lián镰dāo刀qīng轻qīng轻yī一lā拉。xiǎo小jié杰xué学zhe着zuò做，kě可shì是bú不shi是zhuā抓shǎo少le了，jiù就shì是gē割dé得tài太shēn深，shǒu手xīn心hěn很kuài快jiù就mó磨hóng红le了。tā他yǒu有diǎn点xiǎng想fàng放qì弃，xiǎo小shēng声shuō说：“nǎi奶nai奶，wǒ我kě可néng能bāng帮bù不shàng上máng忙。”
Grandma brought out a sickle from the house and taught Xiao Jie how to cut rice: grip the stalks with your left hand, pull gently with the sickle in your right. Xiao Jie tried, but he either grabbed too few stalks or cut too deep, and his palm quickly turned red and sore. He wanted to give up, and said quietly, "Grandma, maybe I can't really help."
Бабушка вынесла из дома серп и показала Сяо Цзе, как срезать рис: левой рукой держать стебли, правой — осторожно потянуть серпом. Сяо Цзе попробовал, но то хватал слишком мало стеблей, то резал слишком глубоко, и ладонь быстро покраснела и заболела. Ему захотелось сдаться, и он тихо сказал: «Бабушка, наверное, от меня толку мало».
nǎi奶nai奶méi没yǒu有xiào笑tā他，zhǐ只shì是lā拉zhe着tā他de的shǒu手，yī一qǐ起zài再zuò做yī一cì次。“gē割dào稻zi子hé和dú读shū书yī一yàng样，”tā她shuō说，“yī一kāi开shǐ始dōu都shì是màn慢de的，yuè越liàn练yuè越kuài快。”tài太yang阳yuè越lái来yuè越dà大，hàn汗shuǐ水yī一dī滴yī一dī滴dì地diào掉jìn进tǔ土lǐ里，kě可shì是nǎi奶nai奶yī一zhí直péi陪zhe着xiǎo小jié杰，yī一biān边gē割，yī一biān边gēn跟tā他shuō说cūn村zi子lǐ里cóng从qián前de的shì事。
Grandma didn't laugh at him. She just took his hand and did it together with him once more. "Cutting rice is like studying," she said. "It's slow at first — the more you practice, the faster you get." The sun grew stronger, and sweat dripped drop by drop into the soil, but Grandma stayed beside Xiao Jie the whole time, cutting rice while telling him stories about the village's past.
Бабушка не стала над ним смеяться. Она просто взяла его за руку, и они повторили движение вместе ещё раз. «Срезать рис — это как учиться, — сказала она. — Сначала всегда медленно, а чем больше практикуешься, тем быстрее получается». Солнце пекло всё сильнее, капли пота падали в землю одна за другой, но бабушка всё время была рядом с Сяо Цзе — срезала рис и рассказывала ему истории о прошлом деревни.
tiān天hēi黑zhī之qián前，shū叔shu叔ā阿yí姨men们yě也dōu都lái来bāng帮máng忙le了。dà大jiā家yī一biān边gàn干huó活，yī一biān边chàng唱qǐ起le了lǎo老jiā家de的gē歌，dào稻tián田lǐ里quán全shì是xiào笑shēng声。xiǎo小jié杰suī虽rán然lèi累dé得shǒu手dōu都tái抬bù不qǐ起lái来，què却jué觉de得bǐ比wán玩yóu游xì戏hái还kāi开xīn心——yīn因wèi为zhè这piàn片tián田，tā他yě也chū出le了yī一fèn份lì力。
Before dark, the uncles and aunties from the village came to help too. Everyone worked while singing old village songs, and the whole field filled with laughter. Xiao Jie was so tired he could barely lift his arms, yet he felt happier than playing any game — because this field now carried his effort too.
Ещё до темноты на помощь пришли соседи — дядюшки и тётушки. Все работали и пели старые деревенские песни, и всё поле было полно смеха. Сяо Цзе так устал, что едва мог поднять руки, но чувствовал себя счастливее, чем от любой игры, — ведь теперь в этом поле был и его труд.
qiū秋fēn分nà那tiān天，tiān天zhēn真de的xià下qǐ起le了dà大yǔ雨，kě可shì是dào稻zi子zǎo早jiù就ān安ān安quán全quán全dì地shōu收jìn进le了cāng仓kù库。fēng丰shōu收jié节de的jí集shì市shàng上，nǎi奶nai奶bǎ把xiǎo小jié杰gē割de的nà那yī一kuāng筐mǐ米fàng放zài在zuì最qián前miàn面，xiào笑zhe着duì对lín邻jū居shuō说：“zhè这shì是wǒ我sūn孙zǐ子gē割de的。”xiǎo小jié杰tīng听le了，liǎn脸yǒu有diǎn点hóng红，xīn心li里què却bǐ比shéi谁dōu都jiāo骄ào傲。
On the day of the Autumn Equinox, it really did start pouring rain — but the rice had already been safely stored away. At the Harvest Festival market, Grandma set the basket of rice Xiao Jie had cut right at the front, and told the neighbors with a smile, "My grandson cut this." Xiao Jie's face turned a little red hearing it, but inside, he was prouder than anyone.
В день осеннего равноденствия действительно хлынул сильный дождь, но рис к тому времени уже был благополучно убран в амбар. На рынке Праздника урожая бабушка поставила корзину риса, который срезал Сяо Цзе, на самое видное место и с улыбкой сказала соседям: «Это срезал мой внук». Сяо Цзе слегка покраснел, но в душе гордился больше всех.
Discussion · 0
It’s quiet in here… suspiciously quiet. Say something 👀